Уроки, преподанные позорным законопроектом

Напомню о недавнем скандале. Законодательное собрание Санкт-Петербурга приняло в первом чтении законопроект «О запрете пропаганды гомосексуализма». Глава верхней палаты  (то есть по значимости третий человек в государстве!) Валентина Матвеенко поддержала его, заявив, что эта тема волнует всех россиян. Провокация Законодательного собрания Санкт-Петербурга вызвала бурю возмущения у врачей, юристов, представителей сексменьшинств, а также у официальных лиц и организаций за рубежом. Врачи и юристы показали, что законопроект то ли по невежеству его авторов, то ли из нечистоплотных политических соображений (стремление отвлечь людей от подлинных бед государства – нищенских пенсий, распада экономики, беззастенчивого расхищения денег коррупционерами-чиновниками и т. д.) провокационно направляет ненависть народа на людей нетрадиционной сексуальности.

Телевизионная передача «НТВшники» продемонстрировала и невежество, и политическую несостоятельность, и элементарную наглость чиновников. Прошла она поистине триумфально. Юрист Сергей Копилкин показал, что благодаря преступной близорукости законопроекта, на деле дети становятся беззащитными перед педофилами. Если раньше тем грозило тюремное наказание от трёх лет и больше, то сейчас, сославшись на то, что они занимались «пропагандой гомосексуальности» (?!) преступники отделаются штрафом в 3 тысячи рублей. Такова «мудрость», тех, кто правит нами! «Спасая детей» они их губят! В конце передачи ведущие попросили участников нажатием кнопок высказать своё отношение к геям, чиновникам и алкоголикам – кто больше всего вызывает их опасения и негодование? Против геев проголосовали 4%, а вот ненависть к чиновникам выразили 78% присутствующих. Словом, своим «творчеством» депутаты Законодательного собрания сами себя высекли.

{cut}

Но противозаконный законопроект выявил и слабые места в  позиции его противников. Кое-кто утверждал, что гомосексуальность – болезнь. Если порой она протекает латентно (скрыто), то «пропаганда» делает её явной. Директор института политических исследований Сергей Марков с пеной у рта утверждал: «В Америке созданы таблетки, которые напрочь излечивают  гомосексуальность!» Напрасно журналист Павел Лобков твердил, что это ложь. Увы, без учёта биологических корней "ядерной" гомосексуальности, приходится признать мнимую логику авторов   провокационного законопректа - если гомосексуальность вызвана не столько биологическими факторами, сколько воспитанием и соблазнением,  то это льёт воду на их мельницу. Словом, мы сталкиваемся с противоречиями, с которыми я познакомился задолго до передачи в ходе обмена комментариями в моём блоге.

Попробуем разобраться в сути вопроса. Великий Зигмунд Фрейд, объясняя природу гомосексуальности, но ещё ничего не ведая о биологии этого феномена, писал: «Психоанализу кажется первичной независимость выбора объекта от его пола, одинаковая возможность располагать как мужскими, так и женскими объектами, как это наблюдается в детском возрасте, в примитивных состояниях и в эпохи древней истории; и из этого первичного состояния путем ограничения в ту или другую сторону развивается нормальный или инвертированный тип». Инверсией он называл нетрадиционную сексуальность. «Сексуальное влечение сначала не зависит от объекта и не обязано ему своим возникновением; среди факторов, оказывающих влияние на выбор сексуального объекта, важную роль играет сексуальное запугивание в детстве; отсутствие сильного отца в детстве нередко благоприятствует инверсии; отсутствие одного из родителей (смерть, развод, отчуждение), после чего оставшийся родитель привлекает к себе всю любовь ребенка, создает возможность для возникновения инверсии; одни инвертированные относятся к своей сексуальной ориентации как к чему-то само собой понятному и отстаивают ее равноправие наряду с нормальной сексуальной деятельностью; другие – ощущают инверсию как болезненную навязчивость, и их сопротивление этой навязчивости может составить условие, благоприятствующее терапевтическому воздействию психоанализа». В таких словах объясняет позицию своего учителя современный психоаналитик В. Лейбин.

Альфред Кинси, который на громадном материале показал истинную распространенность однополой активности и частоту её сочетания с гетеросексуальной, в своих взглядах не слишком далеко ушёл от З. Фрейда. По меткому замечанию Френсиса Мондимора, он “подчёркивал, что каждый человек обладает потенциалом бесконечного разнообразия сексуальных проявлений. Кинси и его коллеги считали, что “гетеросексуальный потенциал” и “гомосексуальный потенциал” соединяются и перемешиваются в человеке под влиянием воспитания, семьи, общества и раннего сексуального опыта. Как с помощью кранов, регулирующих горячую и холодную воду, можно получить воду любой температуры, так, по мнению Кинси, возможна и любая смесь сексуальной ориентации”. (Мондимор Ф. M., 2002).

Так всё и шло до тех пор, пока учёные не накопили достаточно сведений об анатомических и биологических особенностях людей нетрадиционной сексуальности. Повторю свою же фразу, уже примелькавшуюся в постах моего блога: «Чарлз Феникс (Phoenix C. H. et al., 1959), Уильям Янг (Young W. et al., 1964), Гюнтер Дёрнер (Dorner G., 1967, 1972, 1978), Саймон Левэй (Le Vay S., 1993) и другие исследователи обнаружили различия в строении головного мозга мужчин, женщин и “ядерных” гомосексуалов; открыли механизмы его половой дифференциации и установили её критические сроки у представителей разных видов животных и у человека; выявили биологическую подоплёку “ядерной” би- и гомосексуальности и, наконец, научились вызывать гомо- и бисексуальное поведение в эксперименте на животных». Того, кто хочет познакомиться с этими работами более детально, отсылаю к главе «Половая дифферециация головного мозга» в книге «Гордиев узел сексологии». Текст её можно скачать с моего сайта «На исповеди у сексолога».

Я понимаю тех, кто предпочёл бы не замечать успехов науки и ссылается на полную неразбериху в терминах, относящихся к гомосексуальности. Так, один из моих корреспондентов пишет, возражая против использования мною термина «девиация»: «Давайте не будем называть варианты нормы девиацией. Ведь уже разобрались с тем, что к социальной дезадаптации гомосексуальность не приводит, а, значит, она не патологична. У девиации же есть чёткое словарное определение: отклонение от нормы». Мой ответ был таким: «Девиация» – отклонение от стандартного типа ориентации, вызванное особенностями половой дифференциации головного мозга зародыша, которое в «чистом» виде, не осложнённом невротическим развитием, безусловно, не является болезнью. Вслед за знаменитым сексологом Казимежем Имелинским я провожу чёткую грань между «девиацией» и «извращением» («перверсией»). Лишь мошенникам и гомофобам выгодно считать девиацию перверсией. В таком случае «ядерная» гомосексуальность – болезнь, которую надо лечить (а то и карать!). Так, например, рассуждает Ткаченко, с которым я полемизирую в посте «Аномальное половое поведение с точки зрения судебного психиатра и сексолога». Девиация, не ставшая перверсией, может быть отнесена к норме по наличию главного критерия – способности гея к избирательному влечению, а также по альтруистическому характеру его отношений с любимым. Перверсия же - незрелая и болезненная сексуальность, выражающаяся, в частности, в непреодолимой тяге к реализации стереотипного обезличенного и часто анонимного полового акта, причём аддиктивность (зависимость, подобная наркотической) перверсного поведения прогрессирует. Это свойственно не только геям, но и гетеросексуалам - любителям пикапа и группового секса”.

К сожалению, эти мои доводы многих не убедили. Так, schrodi, юноша, которому никак не откажешь в логике, пишет: «Всё же сомнения в уместности употребления слова "девиация" в отношении гомосексуальности не так уж и безосновательны. Например, в обращении к начальнику юридического управления ЗАКСа СПБ группа врачей отождествляет термины "половое извращение" и "сексуальная девиация". Я видел такое же употребление этих терминов в переводах статей некоторых американских психотерапевтов»

В ответе я писал: «Дорогой schrodi! Вы говорите разумные и бесспорные вещи. Концепция Имелинского, противопоставляя  понятия «девиация» и «перверсия», открывает великолепные творческие перспективы для врачей и психологов. Увы, Ваша правда, – его взгляды не укладываются в прокрустово ложе МКБ-10. Правда, новый пересмотр не за горами из-за явных противоречий и неувязок в МКБ-10. Но надо считаться и с тем, что политика безапелляционного принятия гомосексуальности в качестве варианта нормы у многих вызывает раздражение и протест. И если с Ткаченко, Кочаряном и с другими я веду полемику не на жизнь, а на смерть, то, надо признаться, психологию своих оппонентов я хорошо понимаю. В нашей стране политкорректность вызывает непонимание и насмешки. Характерен остроумный анекдот: “Из политкорректности астрономы США называют чёрные дыры «афроотверстиями»”. Тем большее раздражение вызывает у консерваторов, как у нас, так и за рубежом, политкорректное отношение к девиациям. Поскольку гомосексуальность, как ни крути, всё-таки следствие нарушения обычного хода половой дифференциации мозга зародыша, вызванного стрессом, болезнями беременной, приёмом ею гормонов и т. д., то у гомофобов всегда будет искушение причислить её к патологии, а именно к «перверсиям» («половым извращениям»). Разумеется, такая позиция в корне ошибочна, но она требует хорошо аргументированного опровержения. Иными словами, само по себе признание вариантом нормы неотягощённой невротическим развитием гомосексуальности справедливо и разумно, но оно нуждается в обосновании. Позиция Имелинского кажется мне самой реалистической, продуктивной и разумной: “понятие сексуального поведения, укладывающегося в границы нормы, является более широким, чем понятие типичного сексуального поведения”. Я, в свою очередь, предложил фундаментальный критерий, позволяющий причислить «чистую» девиацию к общечеловеческой норме – это способность любить. Атрибуты любви – избирательность полового влечения и альтруизм в отношениях любящих. Способность индивида любить свидетельствует о его психосексуальной зрелости, какой бы ни была его ориентация. Это освобождает термин "девиация" от какого-либо нозологического (то есть относящегося к болезням) содержания. Если всё-таки, вопреки идеям Имелинского, девиация многими отождествляется с перверсиями, то следует прибегнуть к иному равноценному термину. Я предлагаю вернуться к понятию Зигмунда Фрейда – «сексуальная инверсия». Он не опорочен путаницей с перверсиями и потому вполне отвечает тому содержанию, которое Имелинский придавал термину «девиация».  В таком случае, постулируем: “ядерная” гомосексуальность – сексуальная инверсия, то есть отклонение от стандартного типа сексуальной ориентации, вызванное особенностями половой дифференциации головного мозга зародыша, причём этот термин свободен от любого нозологического (имеющего отношение к болезням) содержания».

В этом плане нелишне ещё раз напомнить содержание одного из постов моего блога.

Письмо моего корреспондента: «Если когда-нибудь стало бы возможным полностью устранять все "дефекты дефеминизации гипоталамических ядер зародыша вкупе с неполной маскулинизацией мозга" и "гормональные нарушения в периоде внутриутробного развития" без какого-либо побочного вреда для здоровья ребёнка или его матери, какую позицию по отношению к мужской гомосексуальности Вы бы заняли? То есть, иными словами, есть ли на Ваш взгляд какой-либо объективный смысл в существовании данного явления или его существование приемлемо лишь в условиях отсутствия такой возможности?»

Мой ответ: «Спасибо за актуальный вопрос. Начну с биологии. Гомосексуальность наблюдается практически у всех видов животных – у птиц и у млекопитающих. Этот феномен биологически выгоден. Скажем, гомосексуальная семья серых гусей, как показал этолог Конрад Лоренц, заметно дисциплинирует стаю, повышая её шансы на выживание. Так выявляется парадокс – животные-гомосексуалы обычно не оставляют потомства, зато способствуют выживанию вида в целом. У людей биологические аспекты отступают на второй план, зато высвечивается социальная роль гомосексуальности. Если бы все геи вдруг исчезли и, мало того, если бы испарились все следы их пребывания на Земле, начиная с античности и до наших дней, то культура человечества стала бы намного беднее и серее. Платон и Аристотель, Леонардо и Микеланджело, Чайковский и Сен-Санс, Висконти и Пазолини, Нижинский и Нуреев, Уайльд и Рембо – творцы, чьё видение мира и чей вклад в культуру определялись их гомосексуальностью. Парадокс в том, что дефекты половой дифференциации мозга зародыша компенсируются ценными приобретениями в самых различных аспектах психологии. От этого выигрывает человечество, зато проигрывают геи, живущие в гомофобном обществе. Чайковский, мучаясь от сознания своей «вины» и нестандартности, пережив позор и унижение неудачной женитьбы (хотел стать «как все»), переплавлял свои переживания в музыку, чьим содержанием были темы рока и незаслуженной кары. Я думаю, что для большинства родителей гомосексуальность их детей нежелательна; что они, будь их воля, настаивали бы на её профилактике. В какой-то мере, врачи идут им навстречу. Профилактика гомосексуальности – бережное отношение к беременной и избавление её от стрессов; лечение её телесных недугов (например, ревматизма); строгий контроль за медицинскими препаратами, которые она принимает. Но этим дело и ограничивается. Если, следуя явно ошибочному совету Гюнтера Дёрнера, давать беременным андрогены, то гомосексуальность их мужского потомства можно бы предупредить. Зато появится масса нежелательных последствий другого плана – агрессивность, неспособность к эмпатии, неспособность к любви и т. д. Речь идёт о тонких нюансах искажённого развития нейронов, которые не могут быть исправлены ни сегодня, ни в самом отдалённом будущем. Да и экспериментировать в этом направлении на людях никто не позволит ни врачам, ни биологам – это запрещено законом. Так что «квир-сообщество» может спать спокойно – как и раньше, численность «ядерных» геев впредь останется постоянным – в пределах 4% популяции».

Закон, запрещающий «пропаганду гомосексуальности», порождён сочетанием невежества и гомофобии. Никакой пропагандой невозможно обратить гетеросексуала в  гея. Ссылки на заместительную гомосексуальную активность, практикуемую в условиях, когда невозможен контакт с женщинами (например, в тюрьмах) не имеет отношения к «ядерной» гомосексуальности. На неё способны далеко не все мужчины и в ходе вынужденной однополой близости они прибегают к эротическим фантазиями гетеросексуального характера.

Даже самой упорной «гомосексуальной пропагандой», как, впрочем, и самыми лютыми преследованиями геев, невозможно повлиять на численность гомосексуалов – из века в век оно остаётся постоянным – в пределах 4% - 5% популяции Homo Sapiens.

И наконец, коснёмся вопроса о «лечении гомосексуальности», поднимаемом в прессе и неоднократно всплывавшем в передаче «НТВшники». Наличие анатомических и биологических особенностей мозга геев делает совершенно очевидной ошибочность тех, кто верит в «американские таблетки, излечивающие гомосексуальность».

Гомосексуальность – не болезнь и она не нуждается в лечении. Лечат неврозы, вызванные осуждением гомосексуалов, их преследованием и дискриминацией. Чиновники с их бесчеловечными и преступными законопроектами, врачи, мошеннически обещающие обращение геев в «натуралов» и тем самым ввергающие их в конце концов в депрессию – вот кто обрекает геев на болезнь.

Законопроект о пропаганде гомосексуальности – явное зло, поскольку лишает людей научно обоснованной информации, в которой нуждаются люди и прежде всего подростки, чтобы избежать невротического развития и суицида.

Предупреждение 18+

Этот сайт содержит материалы по медицинской сексологии, которые могут быть не предназначены для несовершеннолетних.

Чтобы продолжить просмотр, Вы должны подтвердить, что Вам уже исполнилось 18 лет.

Мне еще нет 18 лет
Сайт 18+. Подробнее...